Режиссер «Ариоданте» Р. Б. Шлатер о будущем оперы

  • 06-11-2020
  • комментариев

Режиссер Р. Б. Шлатер размышляет о будущем вида искусства. Матту Пласек

Новый год - традиционный день для принятия решений на следующий год, но реальный поворотный момент в годовом цикле наступает чуть раньше, чем неделей ранее, в самый короткий день (и самую длинную ночь) в году - Зимнее солнцестояние. И поэтому вполне уместно, что дальновидный художник и оперный режиссер Р. Б. Шлатер выбрал эту ночь, 21 декабря, для презентации, спрашивая, какое будущее ждет эта форма оперного искусства.

Хотя монументальная тема предполагает суровый симпозиум, шоу Шлатера было настолько тонким, насколько можно было вообразить: около 70 минут отрывков из оперы Генделя «Ариоданте», мелькающих в середине репетиционного процесса. Но это процесс с разницей: около дюжины исполнителей не были разделены на «певцов» и «оркестр», а скорее представляли собой сообщество, собравшееся в круг в центре площадки для выступлений в Бруклинском театре National Sawdust.

Это был не «аутентичный» Гендель, а, скорее, своего рода джем-сейшн на его музыкальные темы, в котором группа использовала такие необычные инструменты, как саксофон и банджо. Точно так же певцы то входили, то выходили из «оперного» режима, особенно ведущая леди Тамара Уилсон, которая напевала, пела и даже говорила свою партию, прежде чем использовать свое стальное сопрано для монументально сложных рулад Джиневра.

В перерывах между числами Шлатер неформально высказался о своих опасениях и сомнениях по поводу представления этого произведения, в частности, выразив своего рода зачарованное отвращение к глубоко укоренившемуся сексизму произведения. По сюжету добродетельная Гивевра обвиняется (ложно) в добрачной сексуальной активности и, даже не имея возможности защитить себя, приговаривается к казни без надлежащего судебного разбирательства. Да, ее спасают в последнюю минуту, но только за счет утверждения чисто патриархальной власти. Почему, спросил нас Шлатер, мы должны интересоваться подобными историями и как их можно представить сегодня?

И, конечно же, не только Гендель имеет дело с такими устаревшими терминами: большая часть стандартного оперного репертуара, от Монтеверди до Бриттена, так или иначе «антична», чужды современной мысли. Что можно сделать, чтобы эти произведения стали чем-то большим, чем музейные экспонаты? Ответ, казалось, заключался в представленном здесь процессе: то есть, разбирая оперу на части, а затем заново собирая пьесы новым и неожиданным способом, возможно, появятся какие-то новые значения.

Конечно, никаких гарантий нет. Шлатер сейчас ищет место для галереи, чтобы продолжить свой эксперимент с Ariodante с целью создания почти готового продукта. Но чем бы и когда бы ни оказался этот Ариоданте, я знаю, что хочу быть там, чтобы услышать это.

комментариев

Добавить комментарий